Россия взяла "перезагрузку" в заложники яде

Отношения США и России заглохли. Хотя американские официальные лица приветствовали упрощение визовых правил и процедур усыновления детей как достижение двусторонних отношений, министр иностранных дел Сергей Лавров назвал противоракетную оборону величайшим "раздражителем" и "Ключевым вопросом", определявшим американо-русские переговоры в Вашингтоне на прошлой неделе.

Россия вновь застопорила "перезагрузку" и возможность развивать отношения вне вопросов безопасности и исторического противостояния.

Заявление Лаврова не удивительно, однако. Ядерный арсенал России играет ведущую роль в поддержании международного престижа страны, и, таким образом Кремль сопротивляется любой попытки девальвации его стратегической силы американской системой ПРО.

Существует фундаментальные различия в том, как Россия и Соединенные Штаты смотрят на вопросы обороны и угрозы безопасности. Россия не считает Иран - даже Иран, у которого есть ядерное оружие - реальной угрозой, и опровергает необходимость сложной американской системы ПРО в Европе. Во-первых, Иран пока не обладает достаточным ракетным потенциалом, чтобы угрожать России. Во-вторых, Россия считает, что может использовать свой ядерный арсенал и исторические связи с Ираном, чтобы устранить любые возможные угрозы. То же самое с Пакистаном, Индией и Северной Кореей - эти страны обладают ядерным оружием, способным достигать территории России, но не представляют реальной угрозы, поскольку Россия может полностью уничтожить их вместе с их ядерным оружием.

Одновременно реальность ядерного могущества Ирана приводит к такой политике России, которая стремится поддерживать конструктивные отношения с Ираном. Эта политика перестраховки движима идеей, что Россия больше выиграет от дружественного, хотя и вооруженного ядерного оружием Ирана, нежели от обиженного тем, что Россия поддерживает международные усилия по ограничению его ядерной программы. Эта политика также базируется на трех важных факторах: военно-промышленный комплекс России стремится получить экономическую выгоду от связей с Ираном, и Кремль рассматривает Иран и Северную Корею как ключ к сдерживанию интересов США в этих регионах, и так же как и Запад, Россия признает, что за исключением военного удара, она мало что может сделать, чтобы серьезно ограничить ядерную программу Ирана.

Россия в частном порядке признает, что система противоракетной обороны, как и планируется в настоящее время, не представляет собой вызова главным образом потому, что расположение, вид и количество перехватчиков слишком далеко, не имеет большой мощности и слишком мало, чтобы подорвать стратегические ядерные силы России.

Большая часть оппозиции России к ПРО, следовательно, руководствуется политическим позерством. Россия понимает, что ее влияние в европейских делах ограничено, и, что противоракетная оборона создает прецедент, по которому Россию можно потеснить по ключевым вопросам европейской безопасности. Руководство России должно признать, однако, что Россия может мало что сделать, если США все-таки решит пойти до конца в области противоракетной обороны с или без сотрудничества с Россией.

Таким образом, Россия взяла "перезагрузку" в заложники, угрожая испортить отношения из-за противоракетной обороны. Россия не нуждается в ПРО и не испытывает угрозы с ее стороны, а потому использует эту проблему, чтобы получить поддержку своих претензий в обмен на поддержку ключевых вопросов для Запада, таких, как Афганистан и Ливия. Неудивительно, что Лавров был также заинтересован в обсуждении давнишнего вопроса о вхождении России во Всемирную торговую организацию.

Подобно тому, как это происходит с ядерным разоружением, Россия будет затягивать переговоры по ПРО как можно дольше, так, чтобы максимизировать выгоды, которые это принесет, но никогда не пойдет на публичное соглашение, поскольку не может позволить себе уступить Соединенным Штатам, и поскольку реальные и мнимые угрозы ее сил ядерного сдерживания являются ключом к ее месту за столом великих держав. В то же время, Россия признает, что ее способность влиять на европейскую безопасность идет на убыль, и что Россия рискует остаться в стороне, если не займется вопросами противоракетной обороны.

Это будет утерянная возможность, если Россия не примет участие в каком-нибудь проекте противоракетной обороны. Сотрудничество должно утолить жажду России рассматриваться наравне с Соединенными Штатами. Как сильный партнер, Соединенные Штаты могут позволить себе быть более сговорчивыми по поводу обеспокоенности России, а именно в отношении противоракетной обороны. Это также согласуется с историческими усилиями США по остановке негативных тенденций в отношениях. Это будет способствовать развитию более тесного сотрудничества по представляющим взаимный интерес вопросам.